Зеленая фея

АбсентБогема конца XIX века души не чаяла в напитке, истоки которого следует искать в античной Греции, где он использовался в качестве лечебного эликсира. Имя ему “абсент”. В настоящее время этот напиток вызывает большую настороженность, в первую очередь, благодаря тому, что для многих пламенных поклонников абсента злоупотребление им закончилось весьма плачевно.

… двое любовников затевают ссору и внезапно один из них стреляет в другого. В роли любовников: Поль Верлен и Артур Рембо.

… развернув присланный с нарочным сверток, проститутка одного из арльских борделей обнаруживает в нем мочку уха. Этот своеобразный подарок был преподнесен ей Винсентом Ван Гогом.

… умирающий Бодлер проклинает сестер милосердия, стирающий испарину с его холодеющего лба…

Все эти люди творчества, дети богемы, декаденты были почитателями абсента, в то время более известного под именем fée verte, “зеленая фея”. Быть может, было бы правильнее назвать этот наркотический напиток “зеленым демоном”?…

Напиток, напоминающий о горечи бытия

Основным ингредиентом абсента является экстракт горькой полыни, известной науке как Artemisia absinthium. С древнейших времен это растение применялась в лечебных целях. Об этом свидетельствуют записи в египетских папирусах, рекомендующих полынь в качестве лекарства от различных болезней, а также предписания античных медиков. Так, например, Гиппократ лечил полынью желтуху, ревматизм, анемию и менструальные боли, римский врач Гален рекомендовал ее против малярии, а Пифагор – против бесплодия.

Во времена средневековья пучки полыни вешались у входа в дом, поскольку считалось, что полынь отгоняет дьявола.

Кроме полыни в абсент также входят анис, мята и укроп – вполне безобидные и очень полезные травы, которым абсент и обязан своей славой лечебного напитка и романтичным наименованием “зеленая фея”.

Само слово absinthium имеет греческие корни и переводится как “лишенный сладости” или “непригодный для питья”. По традиции победители древних Олимпийских игр запивали свой триумф горькой полынью, ибо она напоминала им о горечи бытия и не позволяла предаться эйфории.

На французском выражение avalar l’absinthe, дословно – “глотать полынь”, и по сей день означает стоическое перенесение горечи или боли.

От эликсира к дурману

В 1792 году доктор Пьер Ординьер, изучив историческую литературу об использовании в Древнем Риме горькой полыни, в изобилии растущей на горных холмах его родной швейцарской деревни, записал собственный рецепт настойки этого напитка и стал продавать его в качестве лечебного эликсира, помогающего при отсутствии аппетита и несварении желудка. Тогда же абсент и получил название “Зелёная фея”, ассоциировавшееся с магией и волшебством.

Спустя несколько лет родственник Ординьера, Генри-Луи Перно, открыл заводы по производству абсента в Швейцарии, а позднее и во Франции.

Популярность напитка резко возросла, когда во времена французских колониальных войн в Северной Африке солдатам стали выдавать абсент для профилактики малярии, дизентерии и других болезней, а также для дезинфекции питьевой воды.

По окончании военных действий вернувшиеся во Францию солдаты привезли с собой свое пристрастие к абсенту, которое очень скоро было подхвачено людьми искусства и быстро вошло в моду.

В своей книге об абсенте Барнаби Конрад пишет: “Зеленый стакан на столе означал анархию, намеренный отказ от нормальной жизни и ее обязательств”.

Декадентствующая богема, без памяти влюбившаяся в “зеленую фею”, воспевала ее, называя афродизиаком, “профессиональным напитком интеллектуалов” и зеленоглазой музой. Оскар Уайльд писал, что стакан абсента столь же поэтичен, как и закат солнца, а Тулуз Лотрек появлялся всюду с вмонтированной в трость флягой, в которой всегда плескался волшебный напиток.

Абсент превратился в символ своей эпохи и ассоциировался с творчеством, свободой и вдохновением.

В конце XIX века популярность “зеленоглазой музы” возросла настолько, что поставила под угрозу винную промышленность. Цены на абсент росли как на дрожжах, и многие торговцы спиртным не гнушались подделкой знаменитого напитка, добавляя в него более дешевые и менее безобидные компоненты.

Ситуация обострилась, когда виноделы выступили в защиту своих интересов и обвинили “зеленую фею” в том, что она ведёт к сумасшествию, гомосексуализму, анархии и смертоубийству. Тот факт, что почитатели абсента были в большинстве своем людьми искусства, известными своим эпатажным и аморальным образом жизни, сослужил ему недобрую службу.

В 1859 году были опубликованы результаты исследований доктора Огюста Моте, в течение долгого времени изучавшего любителей абсента. Мнение эскулапа было однозначно: абсент много хуже обычных алкогольных напитков, поскольку вызывает бред и галлюцинации.

Начиная с 80-ых годов XIX века абсент все чаще называют “омнибусом в Шарантон”, то есть в психиатрическую клинику, и “безумием в бутылке”, ибо было доказано, что у любителей абсента риск безумия в 246 раз выше, чем у обычных людей.

Изысканность и гламур богемного напитка таял на глазах: абсент уже не ассоциировался с аристократичными эстетами, гениальными художниками и меланхоличными поэтами, он воспринимался как напиток пролетариата, и воплощал собой нищету, болезнь, голод и безысходность.

Окончание эпохи абсента совпало с началом Первой Мировой Войны, когда правительство Франции, напуганное поражением своих войск во франко-прусской войне, запретило употребление напитка, приведшего к фактическому вырождению нации. Вслед за Францией вся Европа, за исключением Испании и Португалии, ввела запрет на продажу и употребление “зелёной феи”.

© Наталья Линник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *